+7 915 211 71 21 psyzel@yandex.ru
Как присвоить себе позитивные качества?

Как присвоить себе позитивные качества?

Качества личности — стабильные внутренние особенности человека. Это черты характера, знания, умения и навыки. Узнать, какие позитивные качества вы не проявляете — важный шаг в открытии своих способностей. Мы хотим предложить вам простое, но глубокое упражнение на присвоение позитивных качеств:

1. Подумайте о людях, которые вызывают у вас интерес, которыми вы искренне восхищаетесь, которые оказывают на вас позитивное воздействие

2. Подумайте, перечистите и запишите те качества и достоинства, к которым вас тянет

3. Вспомните случаи, когда вы сами проявляли эти качества, даже если и в небольшой степени

4. Прислушайтесь к своим чувствам, когда вы вспоминаете эти случаи и присваиваете себе эти позитивные качества. Знаком ли вам страх перед собственной силой? Что могло заставить вас подавить в себе эти черты? Возможно их критиковали, высмеивали или кто-то их отрицал?

5. Подумайте, как бы вы могли измениться, если бы приняли эти ранее отрицаемые качества. Как бы вы могли использовать их на благо себе?

6. Представьте, чтобы было если бы вы могли полностью проявить эти качества и важные для вас достоинства. Что бы изменилось в вашей жизни?

7. Какие шаги вы можете предпринять, чтобы укрепить в себе данные качества/достоинства?

Про чувство злости

Про чувство злости

Злость, одна из базовых эмоций присущая человеку. Недовольство, раздражение, злость — не являются «плохими» эмоциями. Эта эмоция может быть как защитным механизмом, говорящая о более глубоких переживаниях, а может быть самостоятельным адекватным ответом организма на происходящее в окружающей среде. Злость, может говорить о том, что ваши границы нарушены, что-то угрожает вашей физической или эмоциональной безопасности, представлениям о себе или то, что происходит вам не подходит. Важным является не истребление эмоции злости, а адекватная форма ее выражения, подходящая для ситуации. Возможно, кто-то берет без спроса ваши вещи, обзывает вас, шутит, обесцениваете то, что вам важно или же в отношениях вы не можете получить то, что хотите. Злость сообщает, что нужно отстоять своё или что-то изменить. Если долго игнорировать данное чувство, оно может вырваться наружу от незначительной раздражающей ситуации в разрушительной, для отношений, форме. Когда вы испытываете злость, задайте себе несколько вопросов: На что я реагирую? С чем я не согласен? Что важно изменить или сделать по-другому? Когда вы находите, как изменить ситуацию и предпринимаете шаги — злость отступает, а другой получает информацию о том как с вами обращаться нельзя, что для вас важно и где проходят ваши границы.

Опасности компромисса в отношениях

Опасности компромисса в отношениях

Компромисс (от лат. compromissum) — так в древности, назывался уговор двух сторон подчиниться требованиям посредника, которого они сами же и выбирали, для решения их конфликта. Если кто-то из спорщиков нарушал условия уговора, то его наказывали крупным штрафом или подвергали телесным побоям. Сегодня, под компромиссом понимается, соглашение сторон на основе взаимных уступок. Часто его употребляют в политике, юриспруденции, бизнесе и т.д. Видимо оттуда, оно и перекочевало, во всю, остальную, нашу жизнь, и прочно там засело. Создание семьи, обычно, предполагает длительные отношения. Все хотят жить с любимыми счастливо и долго. Но никто из нас не идеален, и, конечно же, случаются ссоры, в течение жизни появляются разногласия, спорные вопросы, которые надо как-то решать. Один или два раза, это может сработать, например, в неотложных вопросах, которые надо решать быстро и безотлагательно — тут компромисс просто необходим. Но когда два человека начинают уступать друг другу, они, скорее всего, ожидают, что другой человек обязательно оценит их жертву-уступку. Часто мы думаем: «супруг не показывает этого, но скорее всего он оценил мои старания, ведь я делаю это ради него». Привыкание к тому, что тебе во всем уступают, происходит быстро, а вот обида от того, что твои усилия оказались неоцененными супругом, заседает надолго. Нам всегда обидно, если мы старались-старались, ущемляли себя ради того, чтобы любимому/любимой было легко и хорошо, а любимый не придал этому должного значения или вообще оказывается, что он/она просто думали что так и надо. Долго ли мы можем уступать всем и во всем без получения чего-то взамен? Видимо, не долго. В основе многих наших проблем лежит человеческий эгоцентризм. Мы воспринимаем мир, как что-то вращающееся только вокруг нас. Мы быстро привыкаем к хорошему, и перестаем ценить труд других людей, без которых не было бы нашего сегодняшнего комфорта. В то же время, стремимся угождать любимым, не давая им возможности отвечать нам тем же, ради того, чтобы потешить собственное самолюбие — вот какие мы заботливые. (Сначала: «Сиди, сиди, я сама все сделаю». А потом: «а почему это ты перестал обо мне заботиться?») Так и получается, что настраиваются люди на компромисс, а потом не довольны результатом. Так к чему же надо стремиться в семейных отношениях? К сотрудничеству, как наиболее эффективному способу взаимодействия (и не только в семье). Сотрудничество — предполагает включенность в процесс обеих сторон, их отдачу, ради общего дела, и взаимную выгоду и уважение мнения партнера. Сотрудничество — это активизация всех участников действия. Потому что без общего включения, ничего не получится. Только в сотрудничестве возможно эффективное и честное разрешение проблемы, с учетом всех мнений и сторон. Семья станет счастливой, только когда она удовлетворяет потребности всех членов семьи, и «играть в одни ворота» постоянно, не получится. К сотрудничеству, также, надо стремиться, когда нет понимания с другим человеком, когда неясны функции или задачи, которые нужно выполнять, когда мешает какой-то сторонний фактор. Да, пожалуй, сотрудничество — это не просто, это трудоемко и затратно. Но зато это стимулирует наш мозг работать в полную силу (для достижения нужного результата), и помогает усмирять эгоцентризм (мы по-настоящему пытаемся понять своего любимого человека).

Упражнение, которое поможет лучше понять друг друга

Упражнение, которое поможет лучше понять друг друга

Вместе с партнёром продолжите предложения:

Мне нравится, когда ты …

Мне не нравится когда ты …

Я рад(а) когда ты …

Я злюсь когда ты …

Я бы хотел(а) от тебя…

Я бы хотел(а) чтобы ты …

Я обижаюсь на тебя когда … и я прошу тебя …

Я считаю, что наши отношения улучшает …

Я считаю, наши отношения портит …

Было бы здорово, если бы в наших отношениях изменилось …

Больше всего я люблю в тебе … и в наших отношениях …

После того, как вы записали продолжение предложений, обсудите их с партнёром. Расскажите друг другу о том, что у вас вышло. Было ли легко выполнять это задание? Что было трудным? Удивило ли что-то из того, что вы услышали от партнёра? Как то что вы узнали или записали сами влияет на вас и ваши отношения?

Механизмы прерывания контакта (защитные механизмы человека) в гештальт-терапии

Механизмы прерывания контакта (защитные механизмы человека) в гештальт-терапии

Одним из основных принципов  гештальт-терапии является контакт организма с окружающей средой.

Контакт – форма взаимодействия, соприкосновения человека с другим, отличным от него.

Контакт предполагает выделение из фона, некоторую фигуру (желание, потребность, интерес) и ее удовлетворение. В процессе контакта человек получает из среды то, что ему нужно и отдает то, что не нужно и делится тем, что нужно другому.

Контакт является творческим приспособлением к окружающей среде и ее изменениям, проблемы начинают возникать в тот момент, когда контакт перестал быть творческим приспособлением и не отвечает на потребности организма, следуя стереотипному способу поведения.

Механизм прерывания контакта это особенность поведения, которая мешает человеку осознавать свои потребности или ее реализовывать (Лебедева Н.М., Иванова Е.А. 2004) т.е мешает полноценному контакту.

Принято выделять пять основных механизмов прерывания контакта: 1) конфлюэнцию (слияние), 2) интроекцию, 3) проекцию, 4) ретрофлексию, 5) дифлексию.(И. Польстер, М. Польстер, 1996)

«Патологическими или дисфункциональными эти механизмы становятся тогда, когда регулярно вмешиваются в процесс формирования и удовлетворения потребностей, так что индивидуум остается «хроническим голодным». (Булюбаш И. Д., стр. 135)

Слияние (конфлюенция).

«Слияние – это своего рода игра, в которой «скованные одной цепью» партнеры заключили «соглашение» не спорить. Это негласный договор со скрытыми правилами, известными только одному партнеру». (И. Польстер, М. Польстер, стр.50)

Человек, у которого наблюдается данный механизм прерывания контакта не различает разницы между Я и не Я, не переносит различий, не чувствует границы между собой и окружающей средой.

«Слияние-это некоторая иллюзия, базирующаяся на отказе от различий и непохожести» (Булюбаш И Д., стр. 137)

Конфлуирующий индивидуум нуждается в постоянном принятии, одобрении со стороны других, он не выражает своих чувств, т.к. боится возможного конфликта.

Слияние считается патологичным, если оно стереотипно используется для предотвращения контакта (Перлз, Хефферлин, Гудмен,1993).

При слиянии размывается граница контакта, не учитывается разница между людьми.

К здоровому проявлению слияния можно отнести чувство единства и сопричастности с другим человеком/командой (естественный симбиоз матери и младенца; работа в команде).
Терапевтическая помощь при слиянии: различение «мое – не мое», клиенту важно осознавать, что существуют потребности и чувства, которые принадлежать только ему и не обязательно ведут к разобщению со значимыми людьми (Дыхне Е.А, 2007)

Слияние прерывает контакт  в предконтакте, так что все остается в фоне. Выделить фигуру невозможно, так как возбуждение заблокировано.  

Интроекция.

Интроекция – это процесс, при котором мы принимаем в себя внешнее: нормы, установки, способы действия и мышления, которые не являются нашими собственными и не подвергаются критике.

«Интроектор хочет, чтобы ему все разжевывали и клали в рот. Он ждет сверхпростых и легких задач» (И. Польстер, М. Польстер, стр. 47)

Интроекция прерывает контакт в фазе формировании фигуры желания (преконтакт), подменяя собственную потребность интроектом (И. Польстер, М. Польстер, 1996).

Терапевтическая помощь при интроекции направлена на обучение клиента «не проглатывать», а «жевать» предлагаемые средой ценности, убеждения. Усиливать чувство собственного «Я» клиента, способствовать у человека чувства, что его собственный выбор возможен.

«В работе с интроецирующем клиентом очень важна реабилитация чувства отвращения, тошноты и даже рвоты…» (Булюбаш И Д., стр 145)

Здоровым использованием интроекции является законопослушность, обучение правилам безопасности, этическим нормам поведения.

Проекция.

При проекции качества, поведение, чувства, приписываются другим людям или предметам.

Ж.-М. Робин описывает три формы проекции:

1. Зеркальная: человек видит в образе другого черты, которые он рассматривает как свои или хочет иметь

2. Катарсиса: приписывание другому те качества, от которых индивидуум хочет отказаться или не признает

3. Дополнительная: человек приписываются другому те черты, которые оправдывают его собственные.

Проекция прерывает контакт в фазе контактирования, соприкосновения с окружающей средой.
Здоровое использование: возможность сопереживать другому человеку

Основной фокус в работе – возврат тех свойств, отношений, чувств, которые человек проецирует на других. Проекция возвращена, если человек может принять в себе эти отторгнутые и размещенные в других части своего «я» без самоосуждения.

Ретрофлексия.

При ретрофлексии человек не удовлетворяет свои желания путем блокировки действий и возврата чувств против себя.

Ретрофлексия содержит два типа процесса:

1. Человек делает себе то, что хотел бы сделать другим

2. Рефлектор делает себе то, что он хотел бы, чтобы ему сделали другие.

 «Чаще всего субъект не позволяет себе проявить именно акты агрессии в отношении их истинных объектов, и он обращает их против своего организма, как будто бы его собственный организм является окружающей средой. Самоубийство — высшая форма ретрофлексии, субъект убивает себя самого вместо того, чтобы убить того, кто заставил его страдать» (Робин Ж.-М., 1994)

Ретрофлексия прерывает контакт в фазе действия, блокируя соединение с объектом, к которому направлено желание.

Здоровое использование ретрофлексии проявляется в сознательной адаптации к социальным нормам, самодисциплине, способностью к самоподдержке и самоконтролю.

Терапевтическая помощь при ретрофлексии это соблюдение баланса фрустрации – побуждению к действию и поддержки – преодоление настороженности клиента (Дыхне Е.А, 2007).

Дефлексия

Дефлексия– это уклонение от прямого контакта с другим человеком. Способ снятия напряжение актуального контакта.

Интенсивность снижается за счет высмеивания, избегания прямого взгляда на собеседника, долгих разглагольствований (И. Польстер, М. Польстер, 1996).

Это часто бывает результатом недоверия, отсутствия безопасности и страха боли, пережитым в прошлом.

«Терапевт может обнаружить в ходе сессии, что тема беседы все время меняется и что он не понимает и не помнит, как они с клиентом оказались в другой теме» (Булюбаш, стр. 165)

Здоровое применение дефлексии это уменьшение напряжения переговорного процесса, чрезмерного для человека напряжения.

В условиях терапии избавиться от уклонения можно, вызвав клиента на прямой контакт, например, попросив его произнести несколько фраз, начинающихся со слов «ты». Постепенно человек снова откроет прелесть непосредственного общения.

Дефлексия приводит к тому, что переход к фазе мобилизации становится невозможным и неполным (Булюбаш И Д., 2011).

Одним из главных принципов гештальт-терапии является хороший контакт с собой и окружающей средой. Будет неправильно полагать, что любое прерывание контакта является патологичным.  «Если прерывание контакта является добровольным, то, следовательно, и управляемым. Человек не обязан удовлетворять свою потребность импульсивно и автоматически: в любой момент «Я» сохраняет способность к выбору

(Д. Хломов, 2002)

Хороший контакт — это своевременный контакт. Например, находясь во власти интроекта о том, что надо помогать людям, мы помогаем подняться упавшему пешеходу, хотя, на самом деле, опаздываем на важную встречу. Мы прибегаем к ретрофлексии и выбираем не реагировать на злобное замечание, потому что наша реакция может породить множество проблем. Мы находимся в слиянии с любимым человеком. Мы пользуемся проекцией, чтобы понять, что чувствует другой человек. Мы постоянно модифицируем контакты, в которые вступаем. Главное, чтобы это делалось сознательно, и мы могли свободно передвигаться по континууму от полярности к полярности, адаптируясь к любым изменениям в поле (Джойс Ф., Силлс Ш., 2010)

Пищевая зависимость: история одного исцеления

Пищевая зависимость: история одного исцеления

Тема «пищевой зависимости и пищевых нарушений» касается меня очень близко, идя со мной бок о бок уже много и много лет.

Мой путь в данной проблематике начался с раннего детства. Я всегда была девочкой-булочкой, имеющей лишние килограммы для своего возраста. Однако долгое время проблему и дискомфорта мне это не доставляло. До той поры пока моя телесность не начала отражаться на родительском отношении ко мне. Я начала стесняться и пугаться своего тела, когда мои родители начали его ругать и критиковать. И с одной стороны выходит, что мое тело меня вполне устраивает (друзья есть, физическая активность высокая), а с другой стороны я встречаю непринятие его – этого самого тела, со стороны значимых взрослых. Постепенно начиная испытывать стыд за его такой «плохой» внешний вид. Интересно, что все мои домочадцы были весьма худы, и мама постоянно занималась самосовершенствованием и вполне на «отлично» содержала свою фигуру.

К переходному возрасту мое положение ухудшилось переходом в новый класс, где меня встретили полнейшим неприятием и отвержением в «старом», клича предателем. Я попала в довольно одинокое положение, решив, что неудача в таком исходе вещей, следствие моей полноты. Ведь любят «худышек!». Еда становилась, как один из основных источников получения удовольствия и плюс ко всему – самобичевания. Так как дома меня продолжали ругать за поздние лакомства и неугожесть тела (нигде я не мил).

В 15 лет мне все-таки повысили степень ожирения и угрожали различными последствиями. Испробовав со страху, голодовки по Брэгу и поняв, что голодать для постоянного эффекта я не могу, я решила попробовать более щадящие формы урезания питания, и в 17 лет мне удалось снизить вес со 110 кг до 65. Но в новом теле было настолько страшно и тревожно (столько внимания! Мальчики кругом! Девочки «ахают»!), что я постепенно набрала броню весом 15 кг. Стало намного комфортней, но стыд и вина за свое несовершенство остались, и я нашла другой легкий способ оставаться в желаемых формах: булимия.

6 долгих лет это было для меня спасительной формой существования, которая помогала мне справиться с нежелательной тревогой и возбуждением, пока я не осознала, что процесс, со мной происходящий мне не подвластен и находится вне моего контроля. И теперь к моему неясному представлению о себе, стыду за свое тело, добавился: страх и ужас за булимические акты и тогда терапия стала для меня источником исцеления.

Как я поняла на собственном опыте, работая с данной проблематикой – стоит отказаться от иллюзии «волшебной палочки», вооружиться терпением и продвигаться маленькими шажочками, ступенька, за ступенькой знакомясь со своим пищевым поведением.

Что собственно я и сделала, путем проб и ошибок, надежд и разочарований, шла вперед исследуя собственные отношения с едой, а затем и отношения с миром. Обучаясь открывать людям то, что тщательно скрывалось за слоями пушистого жира.

Имея большое тело, я считала, что мир меня отвергает и не принимает, пытаясь избегать контактов на этой почве, я обычно стояла в стороне от шумной веселой компании, но как будучи бОООльшим можно спрятаться? С одной стороны ты как будто не хочешь контактировать (я — безобразный, все равно отвергнуть), с другой тело говорит само за себя: «обратите на меня внимание», ну и правда как можно не заметить огромную гору?

Так же, размышляя о пищевой зависимости, приходит на ум идея отыгрывания двух полюсов «любовь и разрушение», т.е с одной стороны – я себя люблю, поэтому балую вкусностями, но с другой – я себя разрушаю, так как потребление этих вкусностей чрезмерное, без возможности сказать «нет, все, хватит, наелся». Для меня это про отношения с родителями и по каким-либо причинам невозможностью от них отсоединиться. Сказать им «нет, хватит», отодвинуть. Вот и получается отыгрывание отношений «условно безопасным» (не надо же сталкиваться с родительской агрессией) для себя способом.

Для меня было большущим откровением, на терапии разобрать один из своих булимических актов, который был наполнен невозможностью выражением злости на отца, после очередной ссоры.

В принципе, мягкие бесформенные тела, как будто-то говорят нам о нечетких границах своего владельца, о недостаточной опоре на себя, хотя наоборот – есть люди полные, с плотным жиром, «взбитые». Их «плотность» как будто создает какую-то устойчивость, опору. Но это всего лишь мои размышления, которые опять-таки хорошо ложатся на мой личный опыт.

Имея мягкое рыхлое тело, я слабо представляла себе, что такое мои желания, мне было страшно «вылезать» и предъявляться, но с годами упорных тренировок и работы над собой — тело стало тверже, а контуры четче и на психологическом уровне это так же отражается в твердости, уверенности, стойкости.

Работая с пищевыми зависимостями очень важно: восстанавливать чувствительность тела (различные телесные практики), которые возвращают связь с телом, что оно мое, и я могу им управлять. Легализация и нормализация чувств (то, что я чувствую – это нормально, я имею на это право); осознавание процесса голоден ли я или я ем вместо чего-то? Если второе, то чего бы я хотел и как могу это получить? Исследование пищевой корзины и замена «вредных» продуктов на более здоровые. В тяжелых формах пищевой зависимости я бы добавила структуры питания (распорядок) и ограничения (определенные порции). Для меня это было очень полезно во времена, когда я понятия не имела что такое голод и насыщение.

Пройдя опыт ожирения, булимии, уделив данной теме немало времени и сил, хочется сказать, что я стала в большей степени свободна от пищевой зависимости. Я научилась снижать тревогу другими способами, идти за своим возбуждением. Встречаться и переживать приятные и неприятные чувства; испытывать голод и насыщение, что отражается и на моих отношениях: сказать «нет», когда достаточно и попросить любви/поддержки, когда в этом нуждаюсь, а иногда даже и «зубы показать и порычать».

Профессионально в данной теме я чувствую большую опору в виде своего опыта – что дает мне толерантность в отношении к клиентам с данной проблематикой и быть к ним чувствительной и неторопливой.

В заключении хочется сказать, что тема пищевых зависимостей очень непроста и сложна своими переживаниями. Поскольку «размораживая» свое тело можно столкнуться с переживаниями в нем застывшими. С которыми соооовсем не хотелось встречаться, это может существенно отбрасывать назад. Также некоторым (как и мне) придется заново проходить этапы взросления и приобретать навыки, которые должны были привиться где-то еще в подростковом возрасте. Знакомиться со своей сексуальностью и привлекательностью, открывать новые грани себя, что может доставить немало как приятных, так и неприятных моментов.


Онлайн
запись